Питер Джексон столь нежно и трепетно расставался с историей о «Властелине колец», что я невольно почувствовала себя третьей лишней.
Рецензировать любой фильм трилогии «Властелин колец» кажется бессмысленной затеей не только поэтому. Критиковать – значит навлечь на себя гнев поклонником эпопеи Джексона, хвалить – изменить своим вкусам. Но столь щедрое одаривание фильма в Kodak Theatre заставляет присмотреться к нему внимательнее.
«Властелин колец: Возвращение короля» получил 11 «Оскаров», в том числе в таких категориях как Лучший фильм, Лучший режиссер и Лучший адаптированный сценарий. Напомню, что это ровно столько же статуэток, сколько унес «Титаник» Кэмерона и «Бен Гур» Уайлера.
Внимательный читатель должен сразу призадуматься, кто же числился в рядах конкурентов картины Питера Джексона, и неужели они были так плохи? В тот год за главную награду «Лучший фильм» боролись «Таинственная река» Клинта Иствуда, «Трудности перевода» Софии Копполы, «Хозяин морей: На краю земли» Питера Уира, «Фаворит» Гэри Росса и эпопея Джексона. Последние три работы играют на одной кинематографической территории: это любимое всеми американцами кино, отвечающее мифам о воле к победе и вере в свои силы. Разыграть приз только между ними не составляет труда: работа Джексона куда более эпична, политична и любима публикой, нежели повествование о временах наполеоновских войн или история о страстях на ипподроме.
Картины же Клинта Иствуда и Софии Копполы относятся к другому лагерю режиссерской каллиграфии и идеи. Это авторские работы, которым в Голливуде порой приходится сложно сражаться за внимание членов Академии. Теперь выбор этих самых академиков становится нам, простым зрителям, прозрачен и ясен.
Пришло время обсудить третью часть трилогии в контексте двух предыдущих. Джексон шел к главной награде все три части: его номинировали в «проходных» категориях, словно подначивая, мол, Давай, Питер, сделай уже что-нибудь стоящее. И Питер снял «Возвращение короля».
Не могу сказать, что в третьем эпизоде происходит что-то неожиданное. Все весьма предсказуемо, только куда более масштабно и эпично. И если выбросить невнятную завязку и последние полчаса – фильм «Властелин колец: Возвращение короля» станет весьма пригодным и даже рекомендованным для семейного просмотра в кинотеатре.
О зрелищности картины нужно сказать отдельно. Столько компьютерных чудиков на 1 кв.см. экрана приходится видеть редко. Сцена битвы на Пеленнорской равнине около Минас-Тирита – ключевая сцена фильма. И если во время батальных эпизодов в первых двух частях я смело шагала заваривать очередную порцию чая, то ключевая бойня на равнине была несколько занятнее. Наградили визуальныя ряд в картине Джексона щедро: отметили и костюмы, и декорации, визуальные эффекты и грим. Вот только все это сторона техническая, помогающая создать антураж, в то время как драматургически третья часть значительно слабее.
Говоря о трилогии «Властелин колец» и третьей части в особенности, можно ограничиться жанровыми рамками фантастической сказки и закончить разговор. Но невольно вспоминаешь, что автором оригинального сценария является почитаемый по всему миру Джон Рональд Руэл Толкиен, и заставляешь себя искать высшие смыслы. Не надо быть критиком, чтобы сказать, какое реальное событие запрятано за сражениями на Средиземноморье. Умные люди спорят, какую же из Мировых войн имел в виду Толкиен. Мы же ограничимся идеей Мировой войны в принципе, в которую втянуты люди, хоббиты, эльфы, гномы, орки, тролли, мертвецы, орлы и другие существа. Фильм четко показывает, что власть – это зло и великий соблазн, которые может изменить человека до неузнаваемости, а Кольцо Всевластия как раз олицетворяет тоталитаризм и безграничную власть государственной машины. Серая масса орков – весьма образное представление массы немецких войск, которым противостоят «люди Запада» — британцы, французы etc.
Особенности первых двух частей трилогии – динамичное начало, которые выхватывает зрителя из кресла и переносит в экранный мир. Повествование «Возвращения короля» первый час – зрелище вялотекущее и местами притянутое за уши, напоминающее легенду сказочной страны, нежели всеобъемлющий эпос. Правда, чем ближе Джексон подводит нас к решающей битве, тем меньше мы отвлекаемся на соседа справа или комментарии с заднего ряда. Среди драматических преимуществ третьей части отмечу эволюцию отношений Фродо и Сэма (только не думайте ничего плохого, даже не смотря на весь трепет и нежности, мы видим не что иное, как крепкую дружбу и преданность). Персонаж Шона Эстина прописан детальнее, а хронометраж фильма в три часа позволяет уделить раскрытию образа несколько полноценных эпизодов. Не хочется говорить о перетягивании одеяла, но Сэм во второй части картины «обставляет» героя Элайа Вуда.
Правда ударные во всех смыслах эпизоды бойни Джексон заканчивает еще добрых полчаса. И каждый раз, когда вы надеетесь увидеть титры, вас ожидает очередной сопливый диалог, а слезы радости от встречи медленно перетекают в горючие слезы расставания. Влажность фильма под конец зашкаливает настолько, что хочется оставить Джексона с его творением и удалиться, чтобы не мешать тому интимному процессу, в котором находится режиссер и его творение.
Впервые опубликовано в журнале «Большой».